Начался сезон фигурного катания. Столь скромного (учимся подбирать слова - УПС) старта Россия еще не знала. На первом этапе серии "Гран-при" у нас лишь одна медаль, серебряная. Достойнейшая медаль. Одна. Через неделю все успокоится. На следующем этапе у российских фигуристов будет уже три золотых.
Каким бы ни был результат, на диванчике все улыбаются. Кто хмурится, получает в спину напоминание (УПС) от тренера: "Помаши людям". Правила хорошего тона. Если даже тренер говорит спортсмену нелицеприятные вещи, делает он это с улыбкой, фигурист - с блаженным выражением лица. Когда же уберут камеру?
Камера - нехорошая (УПС) вещь. Хуже автографа на документе. Но в спорте любую несдержанность можно оправдать нервами и обстоятельствами. А еще можно свалить на комментатора. Все - вплоть до проигранной Олимпиады. Не верите?
Есть три вида спорта, которые я бы комментировать не советовал: синхронное плавание, художественная гимнастика и фигурное катание. Порой контракт федерации с телекомпанией зависит от того, нравится ли чиновникам комментатор. Специфика так называемых субъективных (УПС) видов спорта дает себя знать во всем. Представляете, если бы каждый футбольный матч чемпионата мира был отмечен весомым судейским решением (неоправданным пенальти, случайным удалением тренера, игнорированием явных нарушений), а победитель назначался бы за красивую попытку взятия ворот, а не за гол, и в выигрыше неизменно был бы "хозяин" поля? А ведь перечисленные выше виды спорта именно так и существуют. Они так живут: мой судья, не мой судья. И делятся рефери ровно пополам, что было очевидно во время олимпийского позора с Бережной - Сихарулидзе и канадцами. Неоправданная (УПС) схема, по которой хозяева соревнований обязательно должны что-нибудь выиграть: "Ну, хоть полмедалечки, полмедалюсечки". Удивительно, что мы вообще что-либо выигрывали, если чемпионатов мира и Европы по фигурному катанию в России и СССР не было никогда! Как, впрочем, и игр зимней Олимпиады.
Но вы больше не услышите от меня слов "синхронное" или "художественная". И даже слово "футбол" будет сиять на страницах, исписанных другими. Пусть их за это бьют. Речь о фигурном катании.
Есть несколько основных стилей ведения репортажа:
1. исторический экскурс (рассказы о замечательных личностях, славных победах, карьерных вехах каждого из участников);
2. технический ликбез (педантичное озвучивание каждого элемента и его стоимости, а также оценок и музыки);
3. развлекательно-аналитический (от невнимания и к тому, и к другому попытка дать собственные версии происходящего).
Некоторые делают попытки все это совместить.
Единственно правильного стиля не существует. Половина зрителей не любит, когда говорят на музыке, другая половина теряется, когда ей не называют прыжки. Некоторые возмущены низкой оценкой творчества своего любимца, а другие его же поклонники считают, что парня перехваливают, потому что он может кататься лучше. Стоит ли говорить, что спортсмены тренеры и чиновники с нетерпением (УПС) относятся к любым словам, которые ставят под сомнение их деятельность. И так будет всегда, даже если подопечный фигурист занял место в хвосте десятки, даже если он набрал физический вес (УПС), даже если он не прыгнул ни одного каскада, даже если костюм на нем такой, что ребенка было бы стыдно на утренник в детский сад так одеть, даже если наша сборная не займет ни одного призового места (УПС, УПС, УПС). Никакой критики.
Да что там критика! Если хоть в одной из трансляций не назвать тренера, второго тренера, хореографа, композитора, модельера, бывшего тренера, бывшего хореографа, бывшего партнера, а иногда и самого первого тренера, то есть детского, а заодно и школу, и руководство стадиона, то можете быть спокойны - взгляд кобры от кого-нибудь из "неправедно забытых" при следующем вашем появлении на стадионе обеспечен. Если вы думаете, что это шутка, то вы счастливы в своем неведении. Один уважаемый композитор всерьез обиделся, когда услышал, что его произведения не так известны в мире, как музыка Чайковского: "Значит, она хуже?! За что это мне?! Я же всю душу вложил, а вы!" Мне говорили, что он плакал, хотя рыдал-то на самом деле я. И я сейчас не имею в виду оговорки или неосознанные ошибки, которые могут проскочить мимо вашего внимания в пылу прямого репортажа. Задумайтесь, можете ли вы разговаривать про фигурное катание несколько ночей подряд примерно с полуночи до половины седьмого утра по московскому времени (когда соревнования-то идут где-нибудь в Северной Америке), не отлучаясь ни поесть, ни (УПС), и не допускать при этом фактических, грамматических, политических и других ошибок? Иногда в наушники врываются слова иностранного комментатора, иногда звукорежиссера. Бывает, что звука нет, оценок, повторов, списка участников, вообще ничего, а ты должен комментировать, словно у тебя досье на каждого. Однажды моя напарница-комментатор прямо во время репортажа ни с того, ни с сего разрыдалась из-за собственных проблем (как вам такой кинематографический поворот?). После подобного казуса предпочитаю работать (или, если хотите, плакать) в одиночестве.
Не показалось ли вам, что я думаю, будто в фигурном катании нет добрых и разумных людей? Боже упаси. Кому-то эти комментаторы просто безразличны и не мешают заниматься творчеством (как такое возможно?). Кто-то даже симпатизирует отдельным журналистским экземплярам, то ли из-за уверенности в собственных силах, то ли от светлой головы. Некоторые даже дружат с телевизионщиками, что, впрочем, остальным дает лишний повод для сомнений в объективности суждений человека комментирующего. А по мне, так собственных друзей легче критиковать: хоть можно разобраться потом с ними по-человечески.
А то бывает иногда, что уважаемый всеми педагог, учитель олимпийских чемпионов подойдет вдруг к кому-нибудь из телевизионной группы и скажет: "Предайте, пожалуйста, вашему комментатору, что он идиот (тут уж никакое УПС не поможет)". Обижаться не стоит, потому что, скорее всего, он и трансляции-то не видел. Ему, как в анекдоте, "Рабинович напел". При первой же личной встрече оказывается, что призма экрана и молва народная, как всегда, все исказили. "Ты меня уважаешь? И я тебя уважаю! Мы с тобой - уважаемые люди". Если бы они все, все, все, спортсмены, тренеры и далее по списку, вдруг узнали, как мы их уважаем! Но полноту чувств к богам можно выразить только молча и на коленях, что противоречит трудовому журналистскому кодексу. Риголетты несчастные!
Впрочем, некоторые нарушает и кодекс, но по иным пунктам. Например, ни один уважающий себя журналист не подставит другого. Когда-то, будучи совсем зеленым, я пошутил в эфире по поводу одной некомпетентной заметки в прессе. Канделябрами, конечно, не побили, но старшая подруга по цеху намекнула, что это не совсем этично: "Оглянись, по каким граблям сам-то ходишь". Не внять было трудно. Можете себе представить, как относятся к тем, кто пишет про своих же явную гадость (УПС)? Спортсмены и тренеры, кстати, с развитием средств массовой информации становятся все более аккуратными в суждениях. Слово, сказанное на пресс-конференции на Тверской, будет услышано за океаном, где живет добрая половина наших фигуристов, в считанные минуты. "Зачем же ты так, Лена?" Придется покраснеть. Развращает только безнаказанность, которая царит в Internet, но эта тема не заслуживает внимания.
Не успеете оглянуться, как спортивный год подойдет к концу. Отдельные хорошо известные личности вытянут его на своих плечах до золотых высот и отправятся в заслуженное межсезонье, забыв обиды и отдав дань уважения соперникам. Успокоится руководство федерации, когда узнает, что попытки переворота снова никто не предпринимает, и станет добрее, и подпишет новый контракт с телекомпаниями. И, встретившись где-нибудь на курорте, участники событий, может быть, даже перекинуться парой фраз, не помня толком, из-за чего был весь сыр-бор. И, отдохнув, пойдут работать. Ведь скоро старт следующего сезона, и никто никогда не знает, с чего он начнется.
P.S.
Несмотря на все вышесказанное я считаю, что работа комментатора ничто по сравнению с тем, что делают наши спортсмены и их тренеры. За их талант, за их рвение, за их боль можно и нужно простить им все и не надеяться на взаимность. И если я когда-нибудь и любил свою работу, то только за то, что она связана с фигурным катанием.
